Интервью с Виталием и Ириной Беляевыми, по указу Президента РФ награжденными орденом «Родительская слава»

Машинисту тепловоза РЖД Виталию Беляеву из поселка Вычегодский в мае исполняется 36 лет. Его супруга Ирина, педагог художественной студии Центра дополнительного образования, — на год старше. В первый раз они встретились при распределении в общежитие Котласского транспортного техникума. Беляевы рано создали семью, о чем нисколько не жалеют, потому что обладают невероятным богатством: у супругов восемь замечательных детей, четыре дочери и четыре сына.

— Виталий, Ирина, вы считаете, что иметь много детей — ваш осознанный выбор, цель и задача. Откуда это мировоззрение?

Виталий Беляев
Виталий Беляев

Виталий: Мы понимаем, что человеческая жизнь находится в руках Божьих. И Бог дает лично каждому жизнь, жизнь детям, и мы ее принимаем, как от Бога. Всегда находимся в ожидании детей. Когда узнаем, что у нас еще будут дети, принимаем это с радостью.

Потребность иметь много детей сформировалась в течение длительного времени. У моих родителей трое детей, у родителей Ирины — семеро. Фундамент понимания заложили родители. Какую‑то часть мы приняли из практики жизни, когда начали видеть и понимать.

Я был третьим ребенком в семье. Мама рассказывала, что, когда она мной забеременела, очень тяжело вынашивала. Ей советовали делать аборт. Но она отказалась. В преддверии моего рождения молилась всю ночь. И Бог сохранил мою жизнь.

Ирина Беляева
Ирина Беляева

Ирина: Виталий родился в семь месяцев.

В.: Да, недоношенным. И от этого есть понимание, что жизнь человека — это что‑то ценное на земле сегодня, в любом ее проявлении — богатый не богатый, успешный не успешный человек, он все равно ценен как личность.

— Откуда вы родом?

В.: Я из Кировской области, из Яранска.

И.: А я родилась и до 12 лет жила в Курске, в 1997 году родители приехали в Вельск.

— Какие ощущения ребенка из большой семьи у вас сохранились?

И.: Забота друг о друге. Я — одна из старших. Старалась маме во всем помогать, и, видя ее труд, то, что она вкладывала в нас, я поняла, что это ценно. Сейчас мои братья и сестры выросли, через их благодарность понимаю, что все было не зря. Хотя в шесть, в девять лет мне казалось: хочется побегать, поиграть, а ты помогаешь маме пеленки стирать, малышей в коляске катать. И в то же время это была очень хорошая практика. Потому что в своей семье я уже не боялась многих вещей.

В.: Мы с ней в этом одинаковы.

— Вы верующая семья. Профессии ваши светские, но насколько вера сопровождает вас в быту?

И.: Я и родилась в верующей семье.

В.: Встаем с утра и молимся, просим у Бога благословения на этот день жизни. Божией защиты, охраны, устройства в делах. Он всегда подчеркивает свое присутствие в нашей жизни. Кто‑то какие‑то вещи на случайность спишет, на обстоятельства, на людей, а мы всегда понимаем, что все от Бога. Не виним людей в неприятностях-либо Бог так нас чему‑то учит, либо хочет что‑то сформировать в нас. Все не просто так и не из‑за того, что люди злые, плохие вокруг стали.

— Каковы ваши главные жизненные открытия через большую семью?

В.: Это можно одним словом назвать — любовь. Написано: Бог есть любовь. Это единственное качество, которое ежесекундно в тебе формируется. И большая семья — самая лучшая практика. Все дети разносторонние, ко всем свой подход, у каждого свои принципы жизни, свой характер. Они тебя развивают.

— И как вы ищете подход к ним, развиваете так, чтобы и они росли с этой любовью в сердце?

В.: Я для себя отметил истину, что надо детям всегда оставаться другом. Если брать наше воспитание — родители формировали нас такими, какими сами хотели нас видеть. А наша задача — помогать детям реализовать то, что в них самих заложено, естество их, стремление и умение что‑то делать, при этом нам надо сохранить их в том, что ввиду своего возраста они еще решить не могут.

Вот, например, Ева. Хотя мозг у нее хорошо заточен, она все прекрасно понимает, схватывает, но год назад мы столкнулись с проблемой, что она не хочет учиться. Мы с ней постоянно боролись, старались учить, сидеть с ней. Вели противостояние. Пока я не понял, что учеба — это не ее. Бросить она ее тоже не может. Но мы договорились, что Ева будет учиться на троечки, чтобы выдали аттестат. Я увидел, что в ней есть другое — хорошие организаторские способности, дизайнерские. Оформить, стол украсить — вот это она любит делать.

И.: Готовит очень хорошо.

В.: Мы перестали воевать из‑за оценок. Будем развивать ее природный дар. Я понимаю, что сегодня, не имея хорошего аттестата, есть масса возможностей хорошо зарабатывать, обеспечивать себя и семью. Можно окончить курсы и, если твое, развиваться в любимом направлении дальше. Жизнь поменялась. У нас не было такого выбора. Я в детстве мечтал пойти в музыкальную школу, но надо было иметь инструмент, а он стоил недешево. И только по этой причине я не попал в музыкалку.

— Тогда как реализуете свои желания, чтобы не делать этого через детей?

И.: Это скорее про меня. Я всегда мечтала иметь высшее образование, но сначала родители не могли дать мне этого, потом я сама поехала на учебу проводников, хотя мне и не хотелось. Знала, что могу бесплатно поступить и учиться. А потом уже вышла замуж, окончила педагогический и сейчас учусь в институте, чтобы повысить престиж моей профессии.

— Вашей старшей дочери Лизе 17 лет, то есть вопросы поступления детей уже стоят перед вами?

В.: Мы рассматриваем два направления — медицинское и педагогическое, на эти профессии всегда есть большой спрос. Но, к чему тяга у них, дети должны понять сами. Лиза играет на пианино, рисует, делает картины из соломки, мечтает стать доктором. Настя (14 лет) тоже играет на пианино, рисует в художественной студии. Лена (ей 15) также много лет посещает художественную студию «Акварель» в ДК поселка Вычегодский. Профессионально рисует картины на многие конкурсы, имеет зарубежные награды за рисование. Ева (11 лет) любит готовить с мамой по новым рецептам, тоже рисует. Тимофей (10 лет) — поклонник велосипеда, часто мастерит своими руками что‑то новое. Паша (9 лет), как и сестры, занимается рисованием в «Акварели». Миша (8 лет) любит спортивные акробатические упражнения. Любознательный, поклонник энциклопедий. А у Елисея (7 лет) пока самое любимое занятие — конструктор «Лего», строит дома.

— Чем отличается ваш быт большой семьи?

И.: Рука набита, практика! Мы уже знаем, что за чем и как. Если не отходишь от этого порядка, все успеваешь.

— Как общество относится к большим семьям, по вашим наблюдениям?

В.: Не все понимают наши принципы и убеждения. На этом фоне всегда возникает много разговоров. Политика в массе какая: заработать профессию, получить много денег. Все упирается в то, как ты будешь растить детей, где брать еду, одежду для них. Их же мало вырастить, надо выучить, профессию обеспечить. Все стараются поступить куда‑нибудь в Питер, учат детей платно, берут кредит. И думают: они одного с кредитами учат, а как мне восьмерых учить? У нас, слава Богу, доходов хватает. И на еду, и на одежду…

— Квартира у вас небольшая…

И.: 83 квадратных метра. Хочется свой дом, чтобы дети могли на природе быть.

В.: Мысли и планы о доме есть. Но реализовать их пока не получается. Начать стройку и забросить не хотелось бы. Чтобы начинать, нужно видеть перспективу.

И.: Участок нам дали семь лет назад. Но там ничего нет, просто он в собственности. Инфраструктуры в районе, где в Котласе дают землю всем многодетным, нет — это за ДОКом, в лес. С такой семьей нам не хочется влезать в кредиты.

— Какие правила в вашей семье для детей в финансовых вопросах?

В.: Мы приучаем их к финансовой грамоте.

И.: Да, и я благодарна мужу за то, что он не просто выдает карманные деньги, а мотивирует детей к учебе. В конце четверти он высчитывает средний балл — кто как учился, и выдает каждому по его вкладу в учебу. Небольшая денежка, но мотивация для детей есть. За год — то же самое. Они уже распределяют. Кто‑то копит, кто‑то скидывается с кем‑то, чтобы купить большую игрушку.

В.: Мы беседуем с ними на эту тему. Появилась свободная денежка — дети сразу хотят купить себе пепси-колу, жвачки. Останавливаем, беседуем — ты же не голодный человек, у тебя дома есть что поесть. Кроме вкусняшек, есть более нужные, важные вещи, которые пригодятся тебе в жизни. Лучше на них деньги потрать. Не хватает — копи. Старшие более прагматичные стали — для себя, для творчества делают личные покупки. Мальчики умеют копить — они могут на день рождения брату или сестре купить подарок. В магазин вместе ходим, учим ориентироваться в ценах. Плюс большой — можно оставить денег, позвонить, сказать, что купить. Они сходят и уложатся в семейный бюджет, который рассчитан.

— А государственной поддержки как многодетным вам хватает?

И.: Мы не малоимущая семья.

В.: Разовая помощь — очень мощная. Квартиру дали. На машину денег дали. Это была хорошая помощь. Многие смотрят, что мы как бы зарабатываем за счет детей. Но это не так. У нас сначала появлялись дети. Было шестеро, седьмой готовился родиться, и раз — государство издало приказ… Мы свою жизнь не под приказы формировали. Просто жили, как живем, а параллельно государство вводило поддержку многодетным семьям.

— Какие у вас семейные традиции?

Ева: Мы стараемся выехать всей семьей после окончания учебного года куда‑то погулять.

В.: Летом в лес. Осенью, зимой в каникулы в Котлас на детские площадки, в парки, на берег реки можем съездить, где‑нибудь посидеть вместе. Приятно.

И.: Наше семейное хобби — это возможность наслаждаться общим временем, отдыхом, выходными и праздниками. Веселые воспоминания, общие разговоры, сплочение всей семьи.

— Как формируете отношения «мальчики — девочки»?

В.: Тут не только надо отношение у мальчиков к девочкам формировать, но и у девочек к мальчикам. Через общение, общие беседы. Важно наблюдать за ними, находиться рядом, беседовать заранее, если назревает острая ситуация.

— Все родители сегодня жалуются, что дети сидят в компьютерах, телефонах. А у вас есть такая проблема в семье?

В.: У нас они лишены этого несчастья (смеется). Телевизора у нас вообще как такового нет. Он всю жизнь являлся предметом праздного времяпрепровождения — у нас на эту роскошь времени нет. Мы все время чем‑то заняты.

И.: Если нужна информация, то компьютер — пожалуйста.

В.: Была волна, когда всех снабжали телефонами, но я понаблюдал и понял, что для детей — даже для Алены, которой тринад­цать, — телефон не является очень нужной вещью в жизни. Только на следующий год мы планируем приобрести ей. А так есть домашний стационарный, по которому все звонят. Для чего современный телефон детям — для развлечений, а это мало полезно для них. Ева у нас не против кнопочного телефона. Ну, а старшим кнопочный аппарат уже не нужен — значит, пока без телефона будут ходить.

— Я вижу, что у вас у всех глаза горят, светятся, улыбки на лицах. Добро, открытость сердец, спокойствие такое от вас идет. Как вы сохраняете эту близость друг к другу? Кризисы семейной жизни — не про вас?

И.: Дети все чувствуют. Как к ним относятся. Как родители друг к другу относятся.

В.: Построжить и поругать — стараемся избегать таких вещей. Лучше обойтись разговором. Даже наказание мы не всегда применяем. Это крайний случай: когда систематика нарушений идет у ребенка, тогда наказание неизбежно. Вообще воспитание — очень серьезный труд, и надо в нем пребывать. Конечно, проще нашуметь, поставить для ребенка границы и заставить его двигаться в них. Откуда возникают конфликты в подростковом возрасте у детей с родителями? Потому что до этого мама с папой с детьми не работали. А если бы работали — имели бы минимум проблем. Тогда пришло бы понимание, чего хочет родитель и на что способен ребенок.

У нас есть понимание, что все проблемы решаемы. Самое главное — живы, здоровы. Вера помогает встать в правильное русло разрешения ситуаций. Просто разойтись, неделю не общаться, разъехаться, время лечит — это было, только когда мы познакомились и у нас еще не было евангельского понимания жизни. Не знаю, что должно произойти, чтобы у нас случился конфликт. Притирка взглядов, характеров — все изначально у нас было.

— Понимаю, что голос мужчины у вас в семье очень сильный, а женщины?

И.: Почему? Мы всегда советуемся. И дети с нами в том числе.

В.: Есть разные вопросы. И такие, с которыми детей просто ознакомим, не будем спрашивать их мнений. Но о том, например, куда поедем отдыхать, мы их обязательно спросим — мы же для них отдых устраиваем. До определенного момента я просто озвучивал свое решение, и на этом все заканчивалось. Хочешь не хочешь, семье приходилось подчиняться. Но потом я понял, что нужно объяснить, почему принято такое решение. И у нас стало еще больше взаимопонимания. Семейная жизнь — это практика. Почему уважали старцев — потому что у них был ценный опыт, к ним шли за советом. Не надо было на грабли наступать.

И.: Мы с возрастом становимся мудрее, начинаем переоценивать многие вопросы, смотреть под другим углом. Естественно, и отношения меняются. Становятся и более трепетными, и более нежными, где‑то более требовательными, а где‑то стараешься быть более внимательным. И это правильно.